ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАРОДИИ

ИРОНИЧЕСКИЕ СТИХИ

ЮМОРИСТИЧЕСКИЕ РАССКАЗЫ

ШУТКИ

БАЙКИ

ХОХМЫ

 

 

ПАРОДИИ

 

ГОРЕ В ЮБКЕ

 

           «Горела моя юбка ало,

           И ветром с тлеющих песков

           Так высоко ее вздувало

           И накрывало Петергоф…»

                                   (Елена Шварц)

 

Горела моя юбка ало,

особенно широкий низ.

Такое пламя фуговало,

что даже пятки занялись.

 

Потом коленки прихватило,

потом - родная моя мать! –

такое место задымило,

что даже срам упоминать.

 

Спасибо ветер постарался:

вздул юбку аж над головой.

Весь Петергоф тогда сбежался

и не хотел идти домой.

 

 

             ПАПИНЫ ПРОКАЗЫ

          «Мне оставлял отец записки.

          Когда из школы приходил,

          Я в холодильнике на миске

          Клочок бумаги находил…»

                            (Сергей Таратута)

 

Когда из школы приходил,

я вместо хлеба и сосиски

клочок бумаги находил,

что оставлял отец на миске.

 

И хоть желудок возражал,

но я не допускал и близко,

что это папочка сожрал

мои любимые сосиски.

 

Мне думалось:

А на хрена

он оставлял бумагу в миске?

Бумага самому нужна,

особенно после сосиски.

 

           ЖАЛОБА СКОТНИКА

          «Просыпаюсь. Умываюсь.

          Утро. Лето. Коростель.

          Я в коровах разбираюсь:

          Эта – нетель, эта – тель…»

                      (Виктор Брюховецкий)

 

Ферма. Стадо. Канитель.

Жизнь скотника трудна.

Справа – нетель, слева – тель,

и во всем моя вина.

 

Председатель прикатил

и давай меня тереть:

- Ты ж их всех к быку водил,

а с приплодом – только треть…

 

Я уж думал – все, каюк.

Увольнение. Скандал.

Слава богу, старый друг

верный способ подсказал.

 

Лето. Травка. Облака.

Чтобы нетель стала тель,

не надейся на быка,

а клади к себе в постель. 

 

 

          ОТВЕТ НАПОЛЕОНА

              «Я не видал Наполеона,

                но, чтоб не вышел он повторно,

                я видел в колбе эмбриона,

                закрученного, как волторна…»

                                            (Юрий Арабов)

 

Ты не видал Наполеона,

зато изобразил старательно

каким кошмарным эмбрионом

он пребывал в утробе матери.

 

Наполеон тебя не слышал,

иначе, помолившись лично,

он смог бы убедить Всевышнего,

чтоб ты не выходил первично.

 

 

        ПЕЧАЛЬНЫЙ СЛУЧАЙ

                  «Меня учили: «Люди – братья,

                   И ты им верь всегда, везде…»

                   Я вскинул руки для объятья

                   И оказался на кресте…»

                                    (Николай Зиновьев)

Я думал – нежность не убудет,

и я со всей землей в родстве.

Я прокричал: «Люблю вас, люди!»

И оказался… на кресте.

Чуть оклемавшись от страданий,

я все простил. И на заре

принес я людям кучу знаний.

И оказался… на костре.

Я пережил тогда и это –

не потакать же, право, злу –

я отдал им свой дар поэта.

И оказался… на колу.

За веком век одно и тоже:

я дал всего лишь закурить,

а мне отвесили… по роже.

Ну, и кого теперь любить?

 

Устал я спорить с миром вздорным

и нынче отвечаю так:

«Любить людей – оно бесспорно,

            но лучше все-таки собак».

 

 

НАМ НЕ СТРАШЕН ДАЖЕ БЛУД

                     «Нет, не зря в ледовитый торос
                     упирается русская карта:
                      одинаково страшен мороз
                      и для СПИДа и для Бонапарта...»

                                             (Станислав Куняев)
 

Нам не страшен отчаянный блуд
и другие вселенские беды,
потому, что мы северный люд,
не французы, и даже не шведы.

Это только тепличный народ
от любви принимает таблетки.
А у русских - особый подход:
сразу в прорубь ныряй после шведки.

Сполоснулся и снова в кровать -
никакой гонореи и СПИДа.
Можешь с немкой теперь продолжать,
в худшем случае - грипп безобидный.

Ну, а если раскинуть всерьез -
Бонапарт не дурак был, как видно:
благородней - от гриппа в мороз,
чем в Париже загнуться от СПИДа.
 

 

НОЧНЫЕ ЗАБАВЫ

 

                       "Ночь. Я один. Темно.

                         Хочется камень в окно

                         кинуть и убежать..."

                                    (Игорь Шкляревский)

 

Ночь.  На дворе темно,

но ни к чему грустить.

Самое время в окно

камешек  запустить

 

Вспыхнет в окошке свет -

за полночь на часах -

выскочит в ночь сосед

с ломиком, но в трусах.

 

Будем мы с ним бежать

долго за окоем,

он, вспоминая мать,

я, вспоминая лом.

 

С ПРИРОДОЙ НЕ ПОСПОРИШЬ

             «Природа  меня потеряла

             средь грубых громад городских,

             на крепость она проверяла

             упорство привычек моих…»

                                 (Лариса Васильева)

 

Меня на днях природа потеряла,

но не взаправду – кто б ей разрешил! –

она тем самым граждан проверяла

на честность и отзывчивость души.

 

Похоже, у нее надежды были,

что люди к бедам ближнего глухи.

Но граждане ей тут же возвратили

меня и даже все мои стихи.

 

Растрогавшись,  природа зарыдала:

–  А год назад народ черствее был.

Я, помнится, червонец потеряла,

так до сих пор никто не возвратил. 

 

 

           ПРОГУЛКИ С ДЯДЕЙ ВИТЕЙ

            «Средь громад многоэтажек

            на газоне-пятачке

            дядя Витя без промашек

            движется с косой в руке…»

                              (Михаил Мамаев)

 

Вы на улицу взгляните –

после праздников косой

на прогулку дядя Витя

вышел с острою косой.

 

Средь громад многоэтажек

руки-ноги прячь народ! -

дядя Витя не промажет,

он промашек не дает.

 

      Я ВЫШЕЛ ГОЛЫЙ НА КРЫЛЬЦО

                  «Я ночью вышел на крыльцо

                  и к небу обратил лицо…

                  Пред мирозданьем нищ и наг,

                   шепчу я: Вызвездило как!..»

                                  (Вадим Холупович)  

Я вышел голый на крыльцо

и почесать хотел лицо,

(лицо зудело малость).

Взглянул спросонья небо на

и мне открылася без дна

такая бездна, звезд полна! –

все тело зачесалось.

 

И я подумал – Боже мой,

а ведь могло и не со мной

случиться счастье это.

Не зачесалось бы лицо,

и я б не вышел на крыльцо,

и никогда б при этом

            не сделался поэтом.

 

Так я глядел на звездный рой

и думал в тишине ночной

с туманными очами:

Какая, право, благодать,

что есть еще чего чесать.

 

 

          КУДА ПОДАТЬСЯ

            «Неповторим и своенравен

            Земного зодчества венец -

            Я этим городом отравлен:

            Пришел, увидел – и конец…»

                 (Евгений Минин, стих. Венеция)

 

Мне не везет в заморских странах,

наверно, так решил творец.

Я был Венецией отравлен:

пришел, увидел – и конец.

 

Я представлял себе картину -

Париж, Монмартр, Булонский лес.

Но там попал на гильотину:

палач, корзина, Пер-Лашез.

 

В Афинах, посетив Акрополь,

я вечером пошёл в кино,

но по дороге был утоплен:

фонтан,  побулькал – и на дно.

 

Потом я в Риме бил баклуши,

хотел взглянуть на Колизей,

но был на Форуме задушен:

распят, засушен – и в музей.

 

Куда же мне теперь пуститься –

Мадрид, София, Кологрив?

А, может, лучше возвратиться:

вокзал, носильщик, Тель-Авив.

 

 

 

ДРУЖЕСКИЕ ЭПИГРАММЫ ПО МОТИВАМ ТВОРЧЕСТВА

 

Из поэта Тимура Кибирова –

 

                «Всё зависит от контекста,

                 Например, краса девичья

                                    От количества «Столичной»

                                    И от качества ея...»

 

В случае с «красой девичьей»

согласиться я не прочь.

Здесь количество «Столичной»

может здорово помочь.

Но, очухавшись с похмелья,

ты обязан твёрдо знать:

нечего теперь на зелье

и на свой контекст пенять.

 

Из поэта Владимира Скифа –

 

                 «Мне нравится с девками

                           париться в бане,

                 Прилечь на полки,

                           безразличье храня

                                     К их жарким телам,

                                               а они со стараньем

                                     Березовым веником

                                               хлещут меня...»

 

Ходи в эту баню почаще, однако.

Ложись на полки – сомневаться не надо.

Поскольку девчонкам

по семьдесят с гаком,

ты просто рискуешь ошпаренным задом.

 

 

Из поэта Евгения Бунимовича –

 

                         «Я простой московский чебурек

                 с проездным во внутреннем кармане,

                 сколько помню – к тридцати годам

                 я не конвертировал путан

                 и ни разу не был в финской бане…»

 

Ты запомни, заруби на век,

что путана тоже человек,

и ее ни за какие «мани»

не прельстит московский чебурек,

тот, что тридцать лет не мылся в бане.

 

 

Из поэта Максима Замшина –

 

                       «Пусто вокруг и голо.

               Ночь разливает йод.

               Желтая тень монгола

               Рядом со мной встает…»

 

Йод разлила природа.

Звякнул стакан сквозь сон.

Выпей с монголом йода.

станешь желтей, чем он.

 

 

Из поэта Владимира Шемшученко –

 

                     «За… что мне нелепая доля –

                     Сплавлять в слове воск и металл?

                     Была бы на то моя воля

               Ни строчки бы не написал!..»

 

Не знаю, как все остальное,

а это ты верно сказал –

была бы на то моя воля

ни строчки б твоей не читал.

Читал бы журнал «Коневодство»,

листал бы журнал «Крокодил»,

но вряд ли изданье найдется,

в котором ты не наследил.

 

Из поэта Сергея Гандлевского -

 

               «Выйди осенью в чистое поле,

                 Ветром родины лоб остуди.

                 Жаркой розой глоток алкоголя

                 Разворачивается в груди…»

 

Твой рассказ – это пошлая проза,

ощущения в целом не те.

Ты в груди не раскручивай розу,

ты ее разверни в животе.

 

А потом выходи в чисто поле,

на пригорке обветренном сядь.

И тогда, даже без алкоголя,

далеко тебя будет видать.

 

           Из поэта Виктора Менухова -

                  «Вилок капусты,

                       хлеб на плошке.

                       Жена ушла с бельем на пруд…

                        Без песен пьем

                        И без гармошки, -

                        У нас втихую нынче пьют…»

 

У нас втихую нынче пьют,

Но все же, прежде, чем напиться,

У нас обычно узнают

Зачем жена пошла на пруд –

Стирать белье или топиться.

 

 

                Из поэта Бориса Краснова -

                     «Нелюбимая школа,

                     Черной лестницы гулкий пролет.

                    Здесь зараза глагола

                    Прилепилась – и спать не дает…»       

 

Не кори свою школу.

Будь всегда благодарен до слез,

Что зараза глагола

Это все же не трихомоноз.

 

 

            Из поэта Юрия Оболенцева -

          «Над головою дерутся соседи…

                Слышно, дерутся и выше…

                Прежде – сидели за чаем в беседе…

                Нынче – поехали крыши…»

 

      Над головою дерутся соседи,

Слышно – дерутся и выше.

Значит,  на лифте мы к ним не поедем,

Сразу поедем на крышу.

Там всей семьей в задушевной беседе

Дырочку проковыряем:

Будем смотреть, как дерутся соседи –

Все ж веселей, чем за чаем.

 

            Из поэтессы Татьяны Поляченко –

               «А конь под основателем Москвы

               имеет то, на что мы все глядели,

               подсовывая взгляды под коня…

               Из пионеров выгнали меня…»

 

В те давние и злые времена

для этого была своя причина:

рассматривать достоинство коня

вам, пионерам, было не по чину.

Смотреть под хвост коню и кобылице

           считалось привилегией партийцев.

 

        Из поэта Виктора Коркия –

            «Мужчина поправляет плавки,

                  как полагается мужчине,

                  И, съев на всякий случай персик,

               Скрывается в морской пучине…» 

 

Мужчина поправляет плавки -

он в плавки опускает персик -

похоже, он идет к русалке.

А персик - это для приманки.

 

                Из поэта Евгения Лесина –

 

                   «Все доступно, недорого,

                   И везде есть места.

                   Так пройдешься по городу

                   Да и прыгнешь с моста…»

 

Ну, какая ж ты умница!

Жаль вот только, родной,

ты один смог додуматься

до идеи такой.

 

Все бы было недорого,

всюду были места,

если б сразу полгорода  

сигануло с моста.

 

 

         В СОАВТОРСТВЕ С ВЕЛИКИМИ

или ПРОСТО ДОБАВЬ  ВОДЫ

 

Идея сочинений предельно проста – набравшись наглости, к известным

строчкам классиков я просто добавил по парочке своих.


 Ф.И.Тютчев,
к вопросу о симпатиях природы –


Люблю грозу в начале мая,
когда
она, полна сноровки,
с любовью обходя сараи,
прицельно лупит по Рублевке.
 


Н.А.Некрасов,
к вопросу о критике –


Вчерашний день, часу в шестом,
зашёл
в кабак на Глинской.
И там меня огрел кнутом
Виссарион Белинский.
 


Б.Л.Пастернак,
к вопросу о техническом прогрессе –


Мело, мело по всей земле,
во все пределы.
Свеча горела на столе,
свеча горела.

Чинил подстанцию «Моссвет»,
во всю старался.
И материл весь белый свет
А.Б.Чубайса.


Е.А.Евтушенко,
к вопросу о ненужных дружбах -


Со мною вот что происходит:
ко мне мой старый друг не ходит…

Он как-то взял взаймы сто баксов,
с тех пор не шлет мне даже факсов.

 

 

 

  ИРОНИЧЕСКИЕ СТИХИ

 

   НАПЕЧАТАЮСЬ ЗА ДЕНЬГИ    

 

Напечатаюсь за деньги -
модный выберу журнал:
слева гений,
справа гений,
в середине - мой овал.
У меня дела в порядке,
у кумиров прежних - шок:
слева брокер,
справа маклер,
посредине - мой стишок.

Не обидно за державу,
коли в ней понять смогли -
хватит славы
на халяву,
будет слава за рубли.
Чиркну зажигалкой "ронсон",
популярнейший поэт,
у меня отличный спонсор,
он оплатит мой респект.

Выйду на проспект широкий -
сразу видно кто есть кто:
слева маклер,
справа брокер,
посередке я... в пальто.

 

 

ЕСЛИ Б Я БЫЛ ОЛИГАРХОМ 

Если б мне – да завод вместе с банком,

да в придачу еще пароход,

ах, каким бы я был олигархом! –

прослезился б от счастья народ.

 

Я б по чести – не сдуру, не спьяну –

торгашам отписал по ларьку,

мир – народам, и землю – крестьянам,

и рабочим бы дал по станку.

 

Чтобы всем справедливо и в меру –

незнакомым, друзьям и врагу.

Я бы виллу свою пионерам

на Лазурном отдал берегу.

 

И тогда б состоялся, поверьте,

чудный строй при народных паях,

где не будет нужды в президентах

и в центральных секретарях.

 

Где живется в любви, а не в страхе

от рожденья до ссудного дня…

Потому до сих пор в олигархи

президент не назначил меня.

             

 

       ПОЖАР В БАНЕ

Ты с мороза не стопку

у жены попроси.

Ты продрогшую попку

прямо в баню неси.

Там, в предбаннике знобком,

от штанов далека,

охлажденная попка

запотеет слегка.

Дальше действуй не робко –

полезай на полок,

но сперва свою попку

окуни в кипяток.

Разрумянена попка

заварным кипятком.

Ты ее неторопко

отлупцуй дубняком.

Пышет попка, как топка.

Будь теперь начеку –

раскаленную попку

подноси к потолку.

Помидорная попка

запалит потолок,

и ни попки, ни топки –

в огороде дымок.

 

 

*  *  *

Я сегодня, щи рубая,

написал про них рубаи.

Критик мой, уж не взыщи,

тем, что вдохновили щи.

Закажи себе солянку,

глядь, и сам напишешь танку.

 

БАЙКИ

Диалоги из приемного покоя.

 

***

- Как вы спите, больной?

- Как обычно, доктор, на правом боку, в трусах и в майке.

***

- Больная, как же вы умудрились так сильно обжечь ухо?

- Элементарно, доктор,когда я гладила неожиданно зазвонил телефон.

***

- Доктор, я третий раз прошу вас сделать мне клизму, а вы не реагируете.

Я буду жаловаться главному врачу…

- Ваше право, любезный,но, боюсь, что у вас для этого кишка тонка.

***

- Доктор, у меня посинели ягодицы. Надо что-то срочно делать.

- Конечно, постирайте трусы. Они у вас линяют.

***

- Терпение, уважаемый пациент. Еще немного и ваши камни в почках превратятся в бриллианты.

Приветствую Вас, Гость!
Воскресенье, 07.05.2020